Появление на свет моих крох

Со дня рождения моих сынуль прошло 7 месяцев, и я уже делилась своим рассказом в сети, но что-то захотелось вспомнить все еще разок... Рассказ долгий и, сразу скажу, может содержать некоторые моменты, которые, наверно, не стоит читать тем, кому предстоят оперативные роды. Но что бы ни пришлось пережить и вытерпеть, когда видишь улыбку своего малыша, а еще если она и не одна, когда видишь, как они тебе радуются, понимаешь за что «заплатила».

Во время беременности и после родов я перечитала много расказов, пересмотрела огромное количество видео. Особенно меня интересовали роды через кесарево сечение, так как, как бы я не мечтала родить естественным путем, для меня это невозможно. Еще с самого начала беременности врачи просто отказывались обсуждать вопрос естественных родов в моей ситуации, операция и точка! Во всем виноваты мои глаза, была бы просто миопия высокой степени, так еще ладно, а вот когда имеются повреждения сетчатки... От офтальмолога я услышала категорическое «НЕТ!» Поэтому этот рассказ будет про оперативные роды. И пусть хоть кто-нибудь скажет, что это не роды, потому что это «чик и готово»! Это «не чик и готово», это тоже труд и не маленький!

Начну немного издалека...

17 сентября 2009 года исполнилось 5 лет со дня нашей свадьбы. Событие банальное, но мы хотели устроить по этому поводу праздник. Пригласили друзей и родных, правда, в итоге друзья выпали из нашей компании, и веселились мы вчетвером: мы с Денькой (муж), да его брат Пашка с женой Светой. О чем сильно не сожалеем — отдохнули здорово, повеселились на всю катушку!!! Ой, правда, головки на другой день болели. Но не потому я решила написать об этом «торжестве», а потому что именно на этом отдыхе я окончательно поняла, как сильно я хочу стать мамой, да и именно тогда мы, пусть еще и в шутку, (ну кто же знал, что так все и выйдет) решили, как будут звать наших деток. Тогда речь шла, правда, только об одном ребенке, и потому с легкой руки, а, може,т языка Светы, было решено, что сына мы назовем Иваном, а дочь Настей.

К этому времени мы уже какое-то время пытались забеременеть, но, к сожалению, ничего не выходило. Я покупала тесты на овуляцию, но нам они не помогли! С упорством идиота каждый месяц 20-го числа, если не наступали женские дни, делала тест на беременность, и каждый месяц вторая полоска упорно не хотела появляться!

Каждый раз я сердилась на эти тесты, ругала их, что они бракованные, переделывала раза по три, аккуратно складывала их в стопочку (не знаю, зачем), потом опять психовала, говорила, что хранение этих тест-полосок притягивает неудачу в попытках забеременеть, выкидывала, сжигала их, а потом снова начинала копить...

В декабре 2009 коллега по работе родила сына, она сообщила об этом, прислав SMS, я, как приличная девушка, поздравила ее тем же, а потом разрыдалась... и решила: все! Хватит, надоело ловить эту чертову овуляцию, с надеждой смотреть каждый месяц на то, как на тест-полоске появляется контрольная черточка, а вот вторая заветная никак не хочет рисоваться! Будь, что будет! Хочу поменять что-то в жизни! Может, найти другую работу? А почему бы и нет!

И, действительно, я попыталась это сделать, правда, неудачно (к счастью, как понимаю сейчас)! В январе, когда было предложено выйти внеурочно на работу в новогодние каникулы, я согласилась с радостью, а потом в январе нарисовалась перспектива командировки в Москву в начале февраля, повышение на работе с переходом, по сути, в другой отдел... Короче, я с головой окунулась в работу, и за этим даже не заметила, как появились резкие перепады настроения, как стала срываться по каждому пустяку. Коллеги, друзья и родные, если можете, простите! Я не со зла, я же сама не знала, что вот оно! Оно случилось! Я беременна!

29 января — последний рабочий день месяца, последний мой рабочий день в старой должности. Денек на работе выдался сложный, а еще это день зарплаты. Короче, после тяжелого трудового дня мы с Денисом решили поужинать вне дома, каким-то чудом нас занесло в район зоопарка, и мы оказались в «Табаско», который в гостинице «Москва». И тут посредине нашей трапезы Денис вдруг говори: «Слушай, дорогая, а когда у тебя месячные последний раз то были? У меня такое ощущение, что ты беременна!»

— Нет, что ты! Я бы сразу почувствовала, ну меня же не тошнит! Эта задержка из-за работы, я, кажется, последнее время сильно увлеклась! — отвечаю я, а сама думаю — контрольное 20-е число давно прошло, а я тест до сих пор не делала, может, еще несколько дней подождать?

Настолько я опять боялась увидеть на тесте только одну полоску, что все никак не решалась его делать! Но по дороге домой Денис сам зашел в аптеку и купил 2 теста, а потом дома загнал меня в ванную делать его.

Ну вот, сижу я в туалете, опускаю тест-полоску в баночку... И-и-и... О Боже... заветная вторая полоска проявляется сразу же! Сначала едва заметная, а потом становится все ярче, ярче!!! Мне в какой-то момент показалось, что она светится! Но что это? Я думала, что в моей голове будут совсем другие мысли, я думала, что меня охватит невероятное счастье, я подпрыгну от радости, ну или произойдет что-то в этом роде... Но!!! Я сижу, смотрю на эту полоску картона, на которой нарисованы две фиолетовые линии, а в голове крутится: «Твою мать! Ну и что же мне с этим делать?!» — простите за не совсем цензурные выражения.

Просидела так минут десять, наверно, все не веря в то, что случилось... Отдышалась, успокоилась, надо как-то мужу рассказать, но как? Ладно, буду действовать по обстоятельствам! Выхожу из туалета, иду в комнату, в руке положительный тест... Денис сидит за компом, играется, блин, будущий папаша! И тут я не нашла более ничего лучшего, чем сунуть полоску теста ему под нос! Он даже не сразу обратил внимание на то, что я делаю. А потом смотрит на эти полосочки и говорит:
— Это значит, да?
— Угу...

А потом как заорет, подхватил меня на руки, давай кружить по комнате. Мы смеялись, хохотали, я визжала, когда он меня подбрасывал... Мы были счастливы...
Я всю ночь вертелась в кровати, не могла заснуть, в голове крутились разные мысли и хорошие, и не очень. Короче, к утру я перестала верить, что вчерашний вечер был правдой. Утром, едва спустив ноги с кровати, я побежала делать повторный тест. Ну, конечно, он был положительный. Ну, конечно, я беременна! Вроде успокоилась, но желание делать тест один за другим меня не покидало еще неделю, в конце концов я сделала его еще раз, конечно же, увидела еще 2 полоски! Блин, это была самые красивые в мире полосочки, они такие фиолетовые, такие... такие... ну вот, наконец! Я верю в свое положение!

И вот оно свершилось, наконец, мы ждем малыша! Естественно, в первые же выходные я отправилась в женскую консультацию. Злая тетя в регистратуре сказала фамилию моего участкового врача, и что в холле лежит тетрадка, где самой надо записаться на прием к ней. Я открываю тетрадку и понимаю, что ближайшее свободное время имеется только недели через две, но у меня же командировка, записалась на прием через три недели, а сама подумала: «Блин! Пока на прием к врачу попадешь, родить успеешь!» Таким образом, на прием к врачу я так и не попала, а, следовательно, и справку о беременности я на руки не получила...
Ну что же, теперь надо сообщить о моем положении родным, да и начальство на работе поставить в известность надо.

С семьей Дениски справились легко. Позвонили его маме, брату, собрали их всех у свекрови, сказали, что, нам есть, что сообщить. Естественно, все сразу догадались, что именно мы хотим сказать. Нам даже говорить ничего не пришлось. Вот мы собрались, сели за стол, поужинали, мы с Денисом все молчим. И тут за нас Света все сама сделала, сказав: «Ну давайте же уже сообщайте радостную новость, что Дашка беременна!»

На работе сказать было немного сложнее. Точнее, долго не решалась сказать об этом начальству, не могла сообразить, как лучше это преподнести, в итоге я это все же сделала. Правда, в командировку меня все же отправили, да я как-то и не думала, что с этим могут быть какие-то проблемы.

Моей маме пока решили ничего не говорить, так как пока не знали, как лучше это сделать, потому что думали, что она не будет в восторге от этой новости. Хотя в итоге ее реакция была достаточно нейтральна, но все же сообщать ей пришлось не очень красиво. Но обо всем по порядку...

Итак, в командировку мне все же пришлось отправиться. Провожал меня Дениска, было какое-то странное ощущение. Я люблю летать, а потому обычно в аэропорту у меня приподнятое настроение, а тут... настроение, как на похоронах, так не хотелось даже отходить на несколько метров от мужа, а не то что улетать за 1000 км, за две государственные границы! Да и Денис, хоть ничего и не говорил, но я чувствовала, что он волнуется.

В командировку я летела не одна, а с коллегой, с Андреем. И поскольку мне была нужна его помощь, ну, хотя бы в перетаскивании моего багажа, мне пришлось сказать ему о своем положении, он пошутил как-то, уже не помню как, поздравил, настроение поднялось, и я немного успокоилась. Весь полет до Москвы переживала, как я перенесу перепады давления в самолете, перегрузки при взлете и посадке, все оттягивала ремень безопасности, чтобы он на живот не давил. Но все обошлось. Немного подташнивало, но, наверно, больше от волнения.

В тот день у Андрюхи был день рождения, мы заселились в гостиницу и пошли в кафе, хоть как-то отметить. Не могу сказать, что был нереальный сейшн, но скучно нам не было.

Следующие два рабочих дня прошли быстро и легко, все было замечательно. Со второго рабочего дня нас отпустили пораньше, с учетом того, что нам собраться надо в дорогу, ну а поскольку лететь нам только завтра утром, да и собирать особо нечего, мы решили прогуляться по столице. Ну, естественно, отправились на Красную площадь, там какой-то праздник был, типа масленицы, что ли. Мы перекусили блинами и решили отправиться на Арбат. Почему-то Андрей считал преступлением побывать в Москве и не пройтись по Арбату. Отправились мы туда пешком. Если бы не плохая погода!!! Метель и сильный холод, а я к тому же еще и на высоких каблуках. Короче, нагулялись, помню, сильно устала!

Возможно именно это и стало пусковым механизмом для событий, которые последовали за этой прогулкой по нашему возращению в гостиницу. На этом положительные эмоции от командировки закончились!

Я вернулась в номер в приподнятом настроении, несмотря на усталость, решила сначала принять душ, а потом собрать вещи, чтобы завтра не надо было бегать по всему номеру, проверяя все ли упаковала. Пошла в ванну, стала раздеваться и тут понимаю, что джинсы по колено в КРОВИ! Первые несколько минут у меня был шок, я не могла пошевелиться, просто стояла и смотрела на грязные джинсы, потом в голове возникла мысль: «Надо подмыться». Залезла в ванну, и тут до меня дошло: «Да у меня же выкидыш!»

Я, как остервенелая, оттирала, рыдая, кровь от кожи, а она все течет и течет, ручьем, много, очень много, вся ванная в крови! И тут шмяк! И на дне ванной оказалось что-то вроде куска мяса или печенки в пленке! Я его поймала, держу на ладони и повторяю, как сумасшедшая: «Маленький мой, малыш мой... ну почему ты не захотел родиться, почему тебе там не понравилось...»

Я думала, что это и есть зародыш, что я держу на ладошке своего невыношенного и нерожденного малыша, которого так хотела и ждала! Правда, я себе представляла, что, когда случается выкидыш, должен жутко болеть живот, меня должно было скрутить пополам, а только потом пойти кровь. Странно, но я ничего не чувствую, а кровяка так и хлещет! В голове крутится: «Боже! За что, почему это происходит именно со мной! Почему сейчас и здесь, когда даже Дениса нет рядом, когда я совсем одна!... Денис! Надо позвонить ему!»

Набираю номер, он берет трубку, помню, что я рыдаю, что говорила, не помню. Он пытается меня успокоить и убедить вызвать себе скорую. Я понимаю, что если вызову скорую, меня скорее всего повезут в больницу, ведь у меня сильное кровотечение. А это означает, что завтра я не сяду в самолет не полечу домой! Да и вообще можно ли с кровотечением в самолет? Нет! Я прилечу домой, а там пойду в больницу! Но Денис меня все же убеждает, что мне надо вызвать врача.

Звоню администратору гостиницы, она соединяет меня с медпунктом. Ленивой медсестре объясняю, что у меня случилось. Та пытается меня убедить, что это не кровотечение, а очередные критические дни, а беременность мне привиделась! Блин, я что, дура что ли, что мне мозг-то пудрят! Настаиваю на вызове скорой! Мне вызывают скорую, через 20 минут врач в номере. (Хочу отметить, в Калининграде скорая едет гораздо дольше, по крайней мере, к гипертоникам! Знаю, бабуле вызывать приходилось.) Врачом оказывается молодой мужчина, он измеряет мне давление, температуру, осматривает на кровати, совещается с врачом медпункта гостиницы, приходят к выводу, что возможен самопроизвольный аборт, короче выкидыш!

Я в слезы, врачи меня успокаивать! Говорят, что в больницу мне надо. Куда, в какую, нет! Не хочу, домой, только домой! Ведь единственный человек, который мне сейчас нужен за тысячу километров от меня, черт! Опять слезы! Говорят собираться, собираю вещи в сумку, стучусь в соседний номер к Андрею, говорю, что меня в больницу забирают, что надо вещи ему оставить, отдаю сумку, ключ от номера, деньги и прочие ценные вещи. Оставляю себе совсем немного денег, мобильник, домашние тапочки и бутылку воды, иду с врачом скорой, сажусь в машину, мы долго-долго едем по Москве, куда? Да откуда мне знать? В горбольницу № 56, только вот где я оказалась, черт его знает.

Приехали, приемный покой, кусачие медсестры, еще двое с таким же диагнозом как и я, а еще какой-то дед с какими-то язвами, какая-то женщина бомжеватой наружности, кругом грязь и разруха, я даже не могла поверить, что это больница! Мне было сказано: «В туалет и на осмотр к врачу в кабинет гинеколога». Иду в туалет, понимаю, что мне не просто сходить по маленькому туда противно, мне даже сумку на крючок повесить не хочется, я такого никогда не видела, в Калининграде даже на вокзале в общественном туалете уютней и чище! Повезло, в туалет не сильно хочется, выхожу, иду в кабинет врача. Там не лучше, такое ощущение, что война только что закончилась, а я в полевом госпитале! Врач мужик, это сейчас я их уже не стесняюсь, за время беременности их столько навидалась, что уже все равно, а тогда...

Мужик, хоть и грубый, но не злой, по человечески ко мне отнесся, не то что медсестры в приемном покое: «Не москвичка, значит, шваль какае-то». Врач сначала не верил, в то, что я говорю, потом осмотрел меня на ненавистном всем женщинам кресле, ничего конкретного не сказал, да и кровотечение налицо. Надо УЗИ делать, так ничего не выяснишь, после УЗИ будем думать, но это только утром.

Меня оформляют в отделение оперативной гинекологии, раздевают (сдаю в гардероб норковую шубу и дорогие сапоги с большим подозрением), выдают казенную сорочку и халат, отводят в отделение. Как сейчас помню, кладут в палату № 10, там и коек тоже штук 10! Я потом побывала в Калининграде и в 3-м роддоме, и в областном, и в бывшем здании второго, но нигде таких палат не видела! Жесть! Койки из металлической сетки, в них, как в гамак проваливаешься, я такие в детстве видела не помню где, кажется, в музее, в экспозиции антикварной мебели времен Великой Отечественной! На матраце кровавые пятна, окна сквозят, под ними батареи, с которых пыль лет десять не стирали! А за окном хмурое небо, и, блин, самолет летит! Я опять в слезы! Скорей бы в самолет, домой, там Денис, там все хорошо будет! Будет! Обязательно, я сбегу от суда, если потребуется! Только бы домой добраться!

Меня позвали, вкололи 2 каких-то укола, на мой вопрос, что мне колют, получаю ответ: «А тебе какая разница, подставляй жопу!», делают ЭКГ, диагноз: тахикардия. Да и без вас я знаю, что сердце у меня, как у воробья, а еще и на нервах на таких! Лучше бы УЗИ сделали! Отправляют обратно в палату. Моя койка у самого окна, я легла, смотрю в окно, пытаюсь заснуть, но только глаза закрываю, вижу зал прилетов родного Храброво и Дениса, представляю как бегу к нему, он меня обнимает... Черт! И сейчас плачу, когда вспоминаю! Короче, до утра в подушку проплакала... Утром сдала анализы, поняла, что в туалет и здесь без тошноты не сходишь! Уже почти не плачу, смирилась, наверно, вот только телефон отключила, все равно деньги закончились, роуминг — дело дорогое!

В 9-00 УЗИ наконец-то! Спускаюсь на УЗИ на первый этаж, сижу в одной сорочке и драном казенном халате, на ногах шлепки-вьетнамки в коридоре рядом с отрытой на улицу дверью, бррр, холодно... Кабинет УЗИ закрыт, специалист опаздывает... Наконец-то, пришла толстая противная тетка. Захожу раздеваюсь, ложусь на кушетку... Получаю совсем не тактичный намек на то что побриться надо было бы перед посещение гинеколога. Да что я знала, что ли, что к этой эстетке попаду, век бы тебя не видела! Делают УЗИ вагинальным датчиком даже без насадки! Черт его знает, кому она эту штуку еще туда пихала! Противно... Терплю... Деваться все равно некуда... Так эта язва еще и просит, чтобы я отвернулась и «не дышала на нее, а то тут всякие у нее бывают»... Да я беременна, примерно 5 недель, двойня, один замер, начался самопроизвольный аборт, второго можно спасти, сердечко бьется!

Я опять реву! Не, знаю почему! Кровотечения почти нет! Я с результатами УЗИ к своему врачу, один вопрос: «В моем состоянии можно в самолет?» На лице врача неподдельное удивление:
— Куда лететь собралась?
— Домой, к мужу! — опять плачу.
— Где живешь-то?
— В Калининграде, — слезы.
— А лететь-то туда далеко?
— Часа полтора—два.
— Ну как тебе сказать... Н только не больше двух часов полета... Ну чего ревешь-то, сейчас отказную от моих услуг напишешь и поедешь домой, только сырость не разводи!

Пишу отказную, получаю указания собрать свою кровать и ждать в палате, за мной придут, проводят в гардероб. Включаю телефон, звоню Денису, про УЗИ молчу, потом Андрею, который уже успел сдать ключи от наших номеров, купить новые билеты на другой рейс, так как на наш я не успеваю, а он — спасибо ему огромное! — меня не бросил одну в чужом городе. Андрюха, спасибо тебе огромное, по гроб жизни тебе обязана! Мне звонит мама, убеждает ехать поездом, но какой поезд, у меня даже загранпаспорта нет с собой! Да и как я могу поездом ехать, мне же как можно быстрее добраться надо, мне, как воздух, необходимо Дениса обнять...

Возвращаюсь в палату, тут уже девочки-соседки проснулись, стали расспрашивать меня, кто я, как здесь оказалась, я рассказываю, а сама опять в слезы! Они меня успокаивают. Накормили завтраком, так как столовский я с этим УЗИ пропустила, собрали мне целую сумку провизии с собой. Тогда я даже не подумала, а вот сейчас так жалею, что не запомнила, как из них кого зовут, так хочется хотя бы в контакте их найти, рассказать, как у меня все дальше сложилось, узнать, как у них получилось, но тогда я ни о чем, кроме самолета домой, и думать не могла.

Потом долгое ожидание своей очереди на выписку, ведь мне еще надо забрать свои вещи из гардероба, который работает по расписанию... И вот, наконец, я одеваюсь, выхожу на улицу и понимаю, что не знаю, куда мне идти. За спиной больничный забор, перед глазами дорога вдоль реки, по краям дороги даже нет тротуара, в обе стороны вижу, как тянутся здания явно промышленного назначения. У охранника, сидящего в будке на КПП больницы спрашиваю, как добраться до ближайшей станции метро. Спасибо ему огромное, не помню, что он точно сказал мне, помню что у меня кружилась голова, на глазах были слезы, мысли путались. Но после того, как этот человек просто сказал, как добраться до метро, мне почему-то стало легче!

Иду на автобусную остановку, по дороге созваниваюсь с Денисом. Сообщаю ему, что я все еще беременна, что это был выкидыш одного из двух зародышей. Потом звоню Андрею, уточняю, где нам встретиться, говорю, что меня отпустили.

Когда мы с Андрюхой встретились у метро, у меня появилось ощущение, что все будет хорошо, что все закончилось, и я скоро буду дома! Да! Это сейчас я понимаю, что это было только начало очень сложного и трудного пути.

Мы с Андрюхой добрались до аэропорта, пообедали в кафе и стали ждать своего рейса, который был вечером. Пока мы сидели за столиком в кафе, позвонила мама, сообщила, что договорилась в перинатальном центре, что меня там примут в любое время суток. А еще пришла SMS от подруги, текст был примерно такой: «Дашуль, держись, мы все с тобой!» Спасибо ей огромное, та SMS-ка очень много для меня тогда значила!

И вот, наконец-то, я в самолете, взлет, посадка, автобус в Храброво до здания аэропорта, пока мы проделывали путь от самолета до зала прилетов, звонит начальство, разрешают не выходить завтра на работу, если мне нужно. Конечно, нужно! Мне ведь в больницу ложиться!

Зал прилетов аэропорта Храброво, мы выходим из двери, и я вижу Дениса, едва сдерживаюсь, чтобы не бежать, не орать, а самое главное не разреветься. Он обнимает меня, я повисаю у него на шее, я мечтала об этом уже сутки! Опять слезы!
И вот мы едем домой, правда ненадолго. Мне жизненно необходимо принять душ, чтобы смыть с себя всю эту грязь случившегося. Все эти события как будто грязным налетом осели на моей коже, я их чувствую физически! Никогда в жизни я больше так не хотела вернуться домой!

И вот я дома! Родные стены! Мама! В квартире пахнет чем-то горелым. Это мама пыталась приготовить мне что-нибудь вкусненькое, но мясо у нее предательски пригорело. Но я его съела даже таким с огромным удовольствием, ведь его делала мама! В тот момент я поняла, что я все еще маленькая, беззащитная девочка, а не взрослая и самостоятельная женщина, которой хотела казаться.

Я спокойно собралась, мы вызвали такси и поехали на Каштановую аллею в перинатальный центр. Мой будущий лечащий врач Сергей Владимирович, которому я теперь очень благодарна за спасение моих пацанов, в ту ночь был дежурным. Далее последовал стандартный осмотр и оформление меня в стационар. Сергей Владимирович сказал маме и Денису купить мне 2 препарата и передать через сестер приемного покоя, назначил капельницу и УЗИ на завтра.

Меня повели по длинным коридорам и бесчисленным закоулкам перинатального центра. Так я первый раз оказалась внутри этого огромного роддома, как когда-то его назвал Дениска.

Меня определяют в просторную пятиместную палату, как потом я узнала, одну из самых больших. Но палата уютная, теплая, чистая! Мне ставят капельницу, я даже не спрашиваю, что мне будут капать, потому что у меня появилось сладкое и теплое чувство безопасности, я была уверена, что теперь все будет хорошо, здесь мне обязательно помогут. Была глубокая ночь. И я выключилась, уснула впервые за последние двое суток.

Утром меня разбудила дежурная акушерка, подсунули расписку по поводу обработки моих персональных данных, видимо карту дооформляла, сказала, что мне надо сдать анализы, а потом я могу идти кушать, только чтобы по коридорам не прыгала! Доктор сказал, что мне надо лежать. Я встала, оделась и вышла в коридор. Первое, о чем я подумала: неужели бывает такая разница между больницами? Кругом была цивилизация, я уже не говорю о чистоте и порядке, возле каждой раковины зеркало, жидкое мыло, бумажные полотенца, в туалете одноразовые сидения! В холе мягкие диваны, на которых можно с посетителями пообщаться, кругом цветочки стоят.

В 12 часов меня позвали на УЗИ, пошла уверенная в том, что та кошмарная процедура, которую я пережила в Москве, здесь не повторится. И оказалась права. Кабинет чистый, просторный, светлый, врач приветливая, тактичная молодая женщина. Правда, присутствовал еще один врач, мужчина в годах, но, как я поняла, обо мне предупредил их Сергей Владимирович и попросил отнестись ко мне очень внимательно. Они вдвоем долго смотрели в монитор, обсуждали что-то, из их разговора было сложно понять, что они там видят, разговор выглядел примерно так:
— Видите?
— О да...
— Да вот...
— Ага вот...
— А вот и гематомка...
— Венка, кровит немного...
— Желточник...
— Да, вот желточник...
— Ага и вот.
— Ну просто девушка — загадка!
— Ну ладно, все понятно!

Все это время я не понимала о чем они говорят, жутко волновалась, почему меня смотрят сразу два специалиста, что происходит, в горле растет комок, глаза на мокром месте, в голове рождается мысль: «Блин, если эти умники в белых халатах сейчас же не расскажут мне, что происходит, я одному на голову этот чертов монитор одену, а второму этот датчик куда-нибудь воткну!»

— Сами доделаете? — Говорит мужчина.
— Да, конечно, — отвечает Надежда, так звали женщину, как я потом узнала.

Мужчина уходит, а мне хочется закричать: «Эй, погодь! А я? Мне то что-нибудь скажете или нет?» И тут Надежда разворачивает монитор ко мне и говорит:
— Смотри, — на сером экране вижу изображение морского конька, понимаю, что это эмбрион, вспомнилась картинка в школьном учебнике по биологии, правда, в упор не помню, на каком сроке беременности эмбрион так выглядит.

— Это беременность, — говорит врач, — по размерам примерно 5-6 недель, правда, видишь? У него сердечко не бьется.

Я понимаю, что это тот погибший эмбрион, о котором мне в Москве говорили.

Надежда поворачивает датчик влево и на экране появляется, то что я не могла себе даже представить! Еще ДВА таких же морских конька! И... О Боже!!! Чуть ниже их головки, что-то то выскакивает из них, то прячется обратно: тук-тук, тук-тук... Это два сердечка!!!!!! Два сердца бьются внутри меня, я понимаю это!!!! Надежда что-то пытается мне объяснить, но я уже ничего не слышу. Я сама уже поняла, что я беременна ДВОЙНЕЙ!!! Во мне живая двойня!!!!!!!! Близнецы...

Надежде все удалось привлечь мое внимание и объяснить, что это однояйцевые близнецы, между ними нет перегородки, одно яйцо, в котором развивается два эмбриона. Не помню, как закончилась процедура, мне вручили заключение и отправили восвояси в свое отделение. Помню, как в лифте опять разрыдалась, только теперь, наверно, от счастья.

Доплелась до поста акушерки в своем отделении, отдаю бумажку. Акушерка, кажется, звали ее Лена, спросила:
— Ну как?
— Один погиб, он в одном яйце, а во втором еще двое! — сообщаю со слезами на глазах.
— Ну чего ты плачешь? Дуреха! Будешь двоих вынашивать! Было бы трое, вынашивала бы троих, но двое же лучше! Не один и не трое, а ДВОЕ!!!! Иди лучше мужу сообщай!

Блин, как я жалею, что не догадалась оторвать картинку со снимком моих будущих пацанов, но, если честно, тогда я об этом не думала, в голове одна идея, что, действительно, надо позвонить Денису! Набираю номер, он долго не берет трубку. Вот, наконец, взял, я плачу, и не знаю, что сказать, как это сделать. Как я, наверно, его напугала! Он потом сказал, что в этот момент пытался смириться с мыслью, что меня сейчас почистят, и мне еще года два нельзя будет беременеть, ну или случилось что-то такое очень плохое.

Я просто рыдаю в трубку, он пытается меня успокоить. В конце концов ему удается кое-как меня привести в чувства, и сквозь слезы я выдавливаю из себя самые заветные слова в моей жизни:
— У нас будут близнецы!
На том конце повисла тишина, он долго молчал, а потом тихо-тихо:
— Что?

И тут меня прорвало, я рассказала, как проходило УЗИ, рассказала про третьего погибшего, я слышала, что он плачет! Короче, такую сырость развели!!!!! Так много я не плакала всю свою предыдущую жизнь, как за последние двое суток. То от горя, от ощущения одиночества и беспомощности, от отчаяния, от надежны, и, наконец, от счастья!

Право сообщить новость я отдала ему:
— Сообщай кому хочешь, что хочешь. Я телефон до вечера отключу. Мне надо выспаться и просто все это переварить.

Потянулись больничные будни, а за ними счастливые месяцы беременности. Да, приходилось часто и подолгу лежать в больницах на сохранениях. Да, врачи пугали кучей патологий и тем, что вот именно я ни за что на свете не доношу. Но эти 9 месяцев были самыми счастливыми за всю предшествующую жизнь!

В 20 недель мы узнали, что будут мальчики. В 28, как положено, ушла в декрет, с каждой неделей становилось все тяжелее и тяжелее. И вот, с 33 недели я попадаю снова в стационар, понимаю, что уже до победного конца.

Итак, я оказалась в приемном покое областного роддома с угрозой преждевременных. На осмотре при поступлении врач «обрадовала»: «Ну, там все уже готово, со дня на день родишь». — «Не хочу сейчас, надо еще хотя бы две недельки протянуть!» — упрямлюсь я. А врач твердит то, что я и без нее слышала неоднократно: «Ты что... Тебе и так повезло... Не с твоим анамнезом рожать... Да ты вообще теоретически даже забеременеть не могла... А еще и двойню вытянуть хочешь... Скажи спасибо, что хоть до такого срока дотянула...» Ну и т.д. и т.п.

А с анамнезом у меня не так уж все и страшно, ну, подумаешь, с гормончиками не все ОК, ну, подумаешь, беременность на лошадиных дозах дексаметазона вынашивала, ну, подумаешь, выкидыш третьего зародыша на 6-й неделе... Ну и что? Женщины в состоянии комы беременность вынашивают (точнее, там, наверно, вылеживают) и, между прочим, рожают (только вот как, ума не приложу, наверно кесарят), я ж не инвалид, со своими пацанами я договорюсь!

Но прошло пара дней, ночью просыпаюсь от жуткой боли где-то под животом, дело было около семи утра, я поворочалась в кровати, к половине девятого встала, болит еще сильнее, стало даже прихватывать иногда, особенно спину. Я к врачу, она загоняет меня на кресло, и радует добрая тетя еще хлеще: «Ну я же говорила, все —рожаем! У тебя раскрытие в два пальца, что, еще схваток нет? Собирайся в соседний корпус».

Супер! Блин! Влипла! Я в шоке, нет, не хочу рожать, не буду!!!! Раньше 17 сентября (к слову, на дворе начало августа) вы меня в родилке или операционной не увидете!!!! Фиг вам всем!!!! Делайте, что хотите, но рожать отказываюсь!!!! А врач все же добрая тетя оказалась, говорит, что есть еще одно средство, капельница какая-то, не помню как препарат называется, но капают его мучительно долго... Я соглашаюсь.

И, о чудо, помогло, боль прошла, ну, почти прошла, поясницу дергать перестало. врач осматривает и говорит, что тонуса нет, будем тянуть ну хоть еще чуть-чуть. С этого дня началось мое хождение по мукам... Мне запретили вставать с постели, только в туалет и покушать. Вот только одна проблема: старшой мой сына таааак давил мне на мочевой, что я готова была жить в туалете. А вот с «покушать» — другая ерунда, живот стал такой большой через некоторое время, что желудок оказался где-то между титек, и даже маленький кусочек мне приходилось чуть ли не пальцем проталкивать... Постоянные капельницы магнезии и уколы, снимающие тонус, привели к тому, что матка-то тянулась, но и кишечник встал, встал совсем. Короче, дальше до родов в туалет ходила только с клизмой :((

Пацаны вертелись, как веретено, боооольно. Кожа болела так, казалось, что у меня на животе не банальные растяжки, а один огромный ожог, дотронуться невозможно... На животе начались синяки, наверно, это под кожей мелкие венки и сосудики лопаются... Болит все, что ниже талии: кости, мышци, связки... А врач твердит: «Ну чего ты хочешь, у тебя крупная двойня, терпи, тянем!»

Серые стены палаты навевают такую тоску, что выть хочется... В воскресенье приезжаем муж, не могу, как домой хочу! Сбегаю из больницы, домой!!!! Правда дорога до дома мне показалась адом, на каждой кочке под колесами машины я думала, что вот сейчас рожу! А потом пешая прогулка по лестнице на 4-й этаж!.. Поднимались, наверно, минут 40! Короче, я поняла, что у меня, наверно, явно с головой не все в порядке, если решилась на такое!

Вот так мы и тянулись, с каждым воскресеньем становилось все тяжелее и тяжелее, а каждый понедельник я давала себе обещание, что в следующее воскресенье я опять поеду домой! Эти последние недели тянусь так долго...

Но вот уже сентябрь: 1-е число — не родила, 9-е — нет еще... 13-е — 38 полных недель!!!! Я ДОНОСИЛА!!!! Точнее сказать, конечно, «долежала», последнюю неделю с койки вообще почти не встаю, с боку на бок акушерка помогает перевернуться, на правом боку пролежень начинается... Больно... Тяжко... Вес всего +16 кг за всю беременность, а такое чуство, что я вешу около тонны, хотя за последние две нелеи —2,5кг, кушать не могу совсем... С туалетом еще хуже, кишечник болит, жесть...

Меня в очередной раз осматривают на кресле, говорят, что раскрытие «почти два пальчика», что я, типа, уже рожаю... А я думаю: «А ничего, что я с этим раскрытием уже недели две, как минимум, хожу?»

Вот он, долгожданный вопрос врача: «Ну что, на УЗИ беременность доношеная. Как вы сами-то представляете, как это должно происходить?» — «Наверно, кесарево,» — отвечаю я, понимаю, что родить самой у меня шансов нет, да еще и пацаны попами к выходу развернулись. Но все равно не могу себе простить, что даже не спросила у врача, возможно ли это... Ну да ладно, это отдельная тема...

Договариваемся на 21-е сентября, так как до 17-го все плановые операции уже расписаны, 18-19- это выходные, в понедельник не хочу, вот и получилсь 21-е!!

19-го числа ближе к вечеру почувствовала, что между ног как-то мокровато стало, но списала это на недержание. на следующий день на обходе расказала об этом врачу, она меня опять на кресло. оказывается, что раскрытие у меня уже три пальца, а мокрятина — вполне возможно, что воды поддекают. Отправили в палату ждать схваток, а их все нет и нет. Вечером решили все же дотянуть до плановой операции завтра утром. На крайняк, если что, можно и ночью прокесариться экстренно.

20-е вечер, приходит анастазиолог, назначает спинальную анастезию, будь она неладна! (Потом поймете, почему...) Говорит, что мне сделают пробу анастезии, и запрешает что либо кушать. А мне-то что запрещай, что не запрещай, все равно не получается :))) Мне дают таблетку снотворного, выпиваю и на удивление она мне, наконец-то, помогает, вот бы раньше так!!!

Спала как убитая... Перед сном поговорила с мальчишками, сказала, что завтра мы, наконец-то, увидимся, а они как-то притихли и общаться совсем не хотели...

21-е сентября, 6-00 утра. Проснулась за пару минут до будильника, встла, пошла в душ, на обратном пути меня поймала акушерка, позвала на клизму и бриться... Если честно, неприятно когда тебя чужой человек бреет там... Ну, что делать, я со своим животом-то и подмыться толком не достаю, а бриться — вообше из разряда утопии...

Вернулась в палату, собралась, сдала лишние веши в камеру хранения, сдала постельное белье. Сижу на своей кровати, рядом стоит родовой пакет, заглядывают девочки, пожелать удачи... Я спокойна, как удав, по крайней мерея так думала :)))

8-10. Заглядывает акушерка, пошли... Мы садимся в лифт, нам надо подниматься со второго на четвертый, и... свет мигает, лифт останавливается между этажами, включается аварийное освещение, мы застряли :))) Блин, я даже родить без приключений не могу!!!! Но через несколько минут свет мигнул опять, и лифт поехал...

Мы на заветном 4-м этаже... В коридоре холодно, очень холодно... Меня довели до поста медсестры и сказали ждать.... Сестра подошла минут через 30, я замерзла, жесть! Она просмотрела мою карту, мы обговорили, что шов будет косметический, хотя ума не приложу, зачем мне сдался этот платный красивый шов, если растяжки такие, что все равно уже никогда бикини не оденешь! Ну да ладно, в какой-то момент она встала и сказала идти за ней. Я поняла: все, назад дороги нет.

Мы идем в операционную! Девочка-медсестра идет быстро, я в одной руке несу свой пакет с родовым набором, в другой — свой живот... и все равно не успеваю!

В предоперационной меня заставили сначала раздеться догола, потом одели в казенную сорочку, помню, у нее на плече дырка была, и, вообще, она была серая и застираная, противно ее надевать было :((

Операцонная, стол — так вот, как он выглядит! Помню, было жутко холодно, продрогла насквозь, залезла, легла, мне воткнули катетер в левую руку, поставили капельницу, на правую одели манжету тонометра и на палец датчик, монитор сразу запищал... Еще бы, моя тахикардия к концу беременности пугала всех, пульс за 120 зашкаливал!

Следующие слова анастезиолога повергли меня в ступор: «Перевернись на левый бок,» — говорит... А я думаю, как решить задачку с двумя неизвестными: стол, на котором я лежу, шириной не более 50 см, а окружность моей талии 1,5 м! Но следующии фраза оказалась еще более гениальной: «Свободной рукой подтяни колени к груди». Черт, а если я свои колени уже 2 месяца не видела? Как?

Короче, то ли я не смогла выгнуть спину правильно, то ли анастазиолог оказалась косая, но попала она в нужное место только с третьего раза! Ладно, с горем пополам справились! Мне помогли перевернуться обратно на спину, привязали руки, вставили катетер в уретру, пришел врач, готов начать операцию.

«Подождите, — говорит анастазиолог, — ты ноги чуешь?» — Это она уже мне. Еще как чую, я шевелить ногами могу, и, видимо, в доказательство кааак подниму ногу, кто-то там за ширмой даже ойкнул... Короче, чуть наживую не разрезали...

Подождали еще минут 10, проверили анастезию, подействовала. Как разрезали кожу, я чуствовала, было ощущение, что по животу ногтем провели... Пока там врачи возились, анастазиолог пыталась говорить со мной, но я не помню, о чем.

Потом через какое-то время меня стало колбасить в разные стороны, и тут слышу голос врача: «Раз! Два!» — «Ииииии...»

Вот он, тот самый звук, ради которого я мучалась последний месяц, Ваня, сына мой! Он кричит... Он родился, он пришел в этот мир, пусть и не совсем так, как я себе это представляла, но мой первенец кричит! Да так звонко!!!! На глаза наворачиваются слезы, наверно, слезы счастья, слышу голоса врачей: «9-43, 54 см, 2870!» Ого не маленький! А второй, Димка, почему не слышно, где он? Мне показалось, что вечность прошла, а на самом деле-то всего 2 минуты, и вот слышу сначала тихо так, приглушенно, а потом каааак заорет!!!! Было впечатление, что орать он начал еще там внутри :))) Конечно, это нереально, но мне так показалось :)))

Я лежу на операционном столе, дети вопят, пытаюсь рассмотреть, что с ними делают, так увидеть малышей хочется!!!! На глазах слезы счатья, в голове крутится: «Все!!! Вот и все! Отмучалась, все закончилось! Теперь нас трое!!!» — слышу голоса врачей: «9-45, мальчик, 52 см, 3180». Счастье, оно меня переполняло, я такое последний раз чувствовала, когда меня муж из ЗАГСа на руках выносил, чувство счастья и облегчения, как гора с плеч...

Мне одели на нос мои очки и стали малышей показывать. Ванюшка, как цыпленок, ножки, ручки поджаты, маленький такой, розовенький, беззащитный, а Димон такой, оказывается, большой! Вот тогда я и поняла, почему у меня так ребра справа болели, еще бы, такой головой туда стучаться! И за всем этим я не замечаю, что там за ширмой мне становиться сначало немного неприятно, а потом уже и больно... Говорю это анастазиологу, она не верит, что это случилось, редко такое бывает, но вводит мне морфин...

Короче, случилось то, чего я боялась, что бывает крайне редко! Меня анастезия все-таки отпустила!!! А дальше все воспоминания путанные, в голове туман, откуда ни возмись куча народу в операционной нарисовалась, из своих ощущений помню только боль, боль и жуткий холод, меня трясет, то ли от холода, то ли от боли... Сказать, что очень больно — ничего не сказать! В какой-то момент мне показалось, что мне раздвинули ноги и засунули туда что-то очень большое, и стали там шариться.

Конец операции и сутки реанимации помню, как в бреду! Это я потом узнала, что меня не вовремя анастезия отпустила, что шили под одним морфином, но я даже не пискнула (странно, а я помню свой дикий вопль), врачи сказали, что только напряглась я сильно, глаза зажмурила да зубы стиснула так, что думали, что их сломаю, кулаки сжала так, что на ладонях остались синие следы от ногтей... Помню, как везли меня в реанимацию: потолок, лампочка, лампочка, лампочка, дверной проем, бооооолллль, взяли, переложили на кровать, монитор с пульсом и давлением — пищит, зараза!

Мне что-то вкололи, я отключилась, нельзя было это там в операционной сделать, чтобы я не чувствовала этой боли? Это потом мне сказали, что в реанимации меня едва откачали, кровопотеря была большая, зато почки зарботали, наконец, анастезистка едва успевала катетер сливать! А сама помню только, как сознание потеряла, когда первый раз матку пальпировали, все как в тумане, как-будто пьяная, я так в жизни ни разу не надиралась!

А еще помню голос сестры из стола справок — она меня спросила, ей показали. Подходит она ко мне, ставит на тумбочку бутылку воды и два лимона и говорит: «Как ты, детка? Тебе от мамы привет!» Я говорить ничего не могу, плачу, анастезистка за меня отвечает, рассказывает, что случилось... Я еще больше плачу, не знаю как, но сестра поняла, что я не хочу, что бы мама или муж знали, что мне полохо, и спасибо ей большое, она никому, ничего не сказала... Она погладила меня по плечу со словами: «Поправляйся, детка. Ты сильная. Главное с малышами все хорошо, и ты поправишься». А мне показалось, что это мама сделала.

Никогда не забуду то чувство одиночества и холода не только физического, но и душевного, ощущение пустоты и безграничной, всепоглощающей физической боли и душевной скорби, обиды. Было ощущение, что от меня отрезали и отобрали, унесли часть меня, что меня обманули...

Ближе к утру мне стало легче, то ли смирилась и привыкла, то ли действительно боль меньше стала, в голове крутилось, что очень хочется есть. Тогда бы я с удовольствием затрепала кусок «Наполеона» с крепким кофе.

Не буду в подробностях расказывать, как меня заставляли вставать с кровати и идти приводить себя в порядок до туалета, это всем было больно и тяжело делать... Больше я хочу расказать про то, что, когда меня перевели в обычную послеродовую палату и привезли деток, почему-то то чувство счастья, которое переполняло меня тогда в операционной, когда я слышала крик моих деток, куда-то делось. Оно стало возврашаться как-то частями понемногу — только сейчас спустя долгие месяцы.

Уколы обезболивающего, жуткая боль после каждого кормления, кровотечение, несокращающаяся матка и еще куча всяких осложнений... Только сейчас понимаю, что кесарево — это не безболезненная альтернатива естественным родам, это выход для тех, кто оказался в ситуации, когда нет естественного выхода! Операция — это неправильно, но иногда она становиться единственным, хотя и очень долгим путем к тому счастью, которое ты ждала!

И пусть врачи говорят, что у меня рубец получился уродливый, и что шансов еще иметь детей у меня почти нет, пусть говорят. Если я захочу, то все будет! Ведь если бы я в этот раз их слушала, то прокесарили бы меня еще тогда на 34 неделе, а на свет появились бы срошиеся сиамские близнецы с кучей патологий! Но я сказала, что доношу, вот и родила на 40-й неделе, здоровых, красивых мальчишек! Просто верить надо, и все получится!