Рождение малыша Мишки

Я хочу рассказать про мои роды в Молдове, в Кишиневе в Республиканском Центре матери и ребенка.

Мы с мужем были очень рады моей беременности. Узнав о ней, я купила литературу, начала вести здоровый образ жизни, правильно питаться. Еще ушла с работы на больничный, чтобы побольше отдыхать. В общем, создала все условия для рождения здорового ребенка.

Токсикоза у меня не было, только не могла сама готовить. Все анализы всегда были в норме, но иногда повышался тонус, снижалось давление. Обычно чувствовала себя хорошо, иногда забывала, что в положении. Вот только нервничала сильно без повода, не могла сдерживать свои бурные эмоции.

В четыре месяца узнала, что жду мальчика. Стала плохо спать по ночам. Помогало теплое молоко с медом.

В двадцать недель легла на сохранение на неделю.

На тридцатой неделе мне назначили пройти УЗИ-Допплер на 15.30. Перед этим я зашла в магазин посмотреть на коляску для малыша. Я была счастлива, думаю, вот, сейчас увижу малыша на мониторе. Врач на осмотре сказал, что все в порядке. С хорошим настроением я поехала домой.

В 17.00 у меня начали подтекать жидкость розоватого цвета. Я решила, что ничего не скажу мужу, а подожду и схожу завтра на осмотр.

В 20.00 я все же решила признаться мужу и позвонить гинекологу из поликлиники. Она сказала, что надо обязательно пойти в больницу, чтобы меня там осмотрели. Туда я очень не хотела идти. Я не люблю больницы. Но все же пошла. Я очень волновалась, переживала за ребенка. Хотелось плакать, но меня успокаивал муж. Там пришлось ждать 30 мин, пока меня осмотрели. Врач сказал мне, что это — воды, и что меня кладут в больницу. После всех анкетных процедур меня отвели в родзал, ждать, если будут схватки. Я спросила у врача, что будет с ребенком. Он ответил — 50/50. Там я прождала 2 часа, схватки не появились, мне сказали, что обратной дороги нет — скоро все равно рожу, сделали укол и отправили в Патологию. Было уже 12 часов ночи.

Палата была на 6 человек. Спать в ту ночь я не могла. Еле сдерживала слезы, боялась, что это навредит малышу.

Утром пришел врач. Я спросила ее, что будет с малышом. Она сказала, что у меня может быть инфекция, и я могу остаться без матки. Мужу она вообще сказала, что я могу умереть. Честное слово, вот такие врачи у нас есть!

Я стала ждать. Мне начали ставить болючие уколы, от которых хотелось выть. Постоянно бегала в туалет, который был один на все отделение и то, далеко от меня.

Через четыре дня, ночью, у меня начались слабые схватки. Днем меня осмотрели и сказали, что раскрытие 3 см, и в течение суток я должна родить. Мне стало легче, я чувствовала шевеления ребенка и думала — скорее бы, а то уже надоела эта неизвестность.

Следующей ночью опять появились схватки. Они были терпимее. Я пыхтела и становилось легче. Я подождала до 05.30, когда схватки стали стабильнее и разбудила медсестру, чтобы та позвала врача для осмотра. Меня осмотрели, сказали, что раскрытие 5 см и малыш не перевернулся, а расположен попой к выходу. Я позвонила мужу и родителям и сказала, что иду рожать. Затем меня перевели в родовое отделение в палату напротив родзала. Мне стало страшно. С 7 до 8 не было ни одной схватки, и я целый час поспала. Потом меня опять осмотрели, сказали, что раскрытие 8 см и надо переходить в родзал. Там мне сделали укол и поставили капельницу для усиления схваток. Схватки были, но терпимые, у меня месячные иногда были более болезненные.

Лежа на кресле, я смотрела, как готовят все для родов. К креслу подвезли каталку с инструментами. Я подумала — хоть бы не резали меня, хотя ребенок родится попой, наверное все-таки будут. Зашел доктор с «Комсомолкой» в руке, спросил, как у меня обстоят дела со схватками, сел у окна и начал читать. Мне так и хотелось спросить у него: ну что там интересного пишут? Захотелось шутить и разговаривать со всеми, кто заходил — я так успокаивалась. Вскоре схватки усилились, я сказала, что хочется тужиться. Сказали, что когда идет схватка — тогда сильно тужиться, но я схватки не чувствовала, и мне говорили, что вот сейчас надо тужиться. У меня плохо получалось, мне помогали, давили на живот. Через 40 мин я родила. Я боялась посмотреть в сторону ребенка, а когда решилась — его уже окружала реанимационная группа. Мне сказали, что малыш очень маленький. Потом услышала, как кто-то сказал, что не надо делать вентиляцию легких, ребенок дышит самостоятельно.

Так родился мой Мишка весом 1599 г 42 см.

Его сразу поместили в реанимационное отделение в кювез, а меня отвезли на каталке в маленькую палату на двух человек. Я чувствовала и радость, и огорчение (из-за преждевременных родов) и волнение за жизнь малыша. Мне сказали, что первые 3 дня — критические для ребенка.

Через пару часов я уже смогла встать. Порезов и разрывов у меня не было — спасибо врачам! Я отправилась смотреть на ребенка. Я не могу передать свои чувства, но мне его было так жалко! Хотелось взять его на руки, но нельзя.

Через пару дней нас с Мишкой перевели на второй этап реанимации в другое здание. Там я сама уже его кормила и ухаживала за ним. Кормила я его сцеженным молоком через зонд, т. к. самостоятельно он еще не мог есть.

Условия в том здании — их просто нет. Вечная грязь в туалете, который один на все отделение, мыши на кухне и холод. Теплой воды нет. Надо было греть воду кипятильником и так мыться, наливая себе воду из баночки. А все там со всей Молдовы, и лежат целый месяц, пока ребенок не наберет вес и не начнет кушать самостоятельно.

Приходя туда и видя ту жалкую обстановку, поломанные кровати, порванный линолеум, все плакали. Но ради своего ребенка приходилось терпеть все. У всех матерей просили по 60 лей (примерно 4,5$) за использование водопроводной воды и на бумагу.

У меня началась сильная депрессия, которая прошла через 4 месяца после родов. Причина, из-за которой я родила раньше срока, так мне и не известна. Сейчас у нас все в порядке, догоняем всех. Второго ребенка я очень хочу, но только не семимесячного.